В восьмидесятые годы «Литературная газета» объявила конкурс на лучшую карикатуру, посвящённую фотографам. Первое место занял рисунок, на котором отец с сыном наблюдают за творчеством уличного художника. При этом папа назидательно произносит: «Вот что бывает, сынок, когда нет денег на хороший фотоаппарат». Вокруг фотографов ходит не меньше легенд, чем о художниках. С одной стороны, казалось бы: нажать на кнопку – не велика наука. И в то же время, есть фотографии, ставшие легендарными.

О том, как в современных условиях выживает фотоискусство, мы беседуем с одним из наиболее известных фотохудожников Ростова – Денисом Демковым.


– Денис, есть люди, которым я завидую именно творчески. Вам – в том числе. А как удаётся увидеть необычное в привычном?

– Знаете, секрет не в том, чтобы искать что-то новое, а в том, чтобы перестать «узнавать» старое. Когда я иду по центру Ростова, я часто заставляю себя забыть, что это Дон, что это Пушкинская, что это Будённовский. Я смотрю на город глазами туриста, который приехал сюда впервые. Меня выручает свет: в 6 утра или на закате даже знакомые фасады начинают играть другими красками. Ещё я люблю «охоту за деталями»: не снимать весь дом, а поймать тень от балкона, отражение в луже после дождя, геометрию лестницы. Ростов — это слоёный пирог: если смотреть вверх, вниз или вбок, а не только прямо перед собой, он открывается заново. Ну и, конечно, лестницы и крыши — это моя слабость. С высоты город звучит иначе, даже визуально.

– Любовь к Ростову бывает разная. Делать фотографии – тоже искусство. В чём для вас лично любовь к городу? Какой он для вас как для художника?

– Для меня любовь к Ростову — это не открытки с видами на Дон, а честность. Я люблю его не парадным, а живым: с пылью на трамвайных рельсах, с бабушками у подъездов, с контрастом сталинок и новостроек, с этим южным шумом и жарой. Как художник я вижу его характер — он темпераментный, немного хаотичный, но очень тёплый. В нём есть какая-то южная нега, которую хочется поймать в кадре. Я снимаю не «достопримечательности», а настроение: вот солнечный блик на стене старого дома, вот прохожий, который будто сошёл с фотографии 80-х. Для меня Ростов — это город, который не нужно приукрашивать, его нужно просто внимательно слушать.

– Расхожая шутка: изуродовать человека одним пальцем может либо чемпион по джиу-джитсу, либо фотограф. Не счесть примеров, когда даже самая красивая девушка на фотографии получается ужасно. Что надо учитывать при портретной съёмке?

– О, это больная тема! Шутка про «изуродовать одним пальцем» — это про то, что фотограф должен думать, а не просто жать на кнопку. Главное правило: человек на фото должен быть собой, но в лучшей версии. Что учитываю я? Во-первых, свет — он не должен рисовать «мешки» под глазами или двойной подбородок. Во-вторых, ракурс: чуть выше уровня глаз, поворот в три четверти — и лицо уже читается иначе. В-третьих, фон — он не должен «съедать» человека. И самое важное — контакт. Если человек зажат, никакой объектив не спасёт. Я всегда болтаю с моделью, шучу, ловлю живые эмоции. Портрет — это не про идеальную кожу, а про взгляд. Ну и, конечно, не снимать снизу вверх, если не хочешь получить «монстра» — это классика.

– В таких случаях молодое поколение интересуется у меня, видел ли я последнего динозавра, но я помню, как первые опыты были сделаны на пленочный фотоаппарат. Времена изменились, теперь фото можно сделать и мобильным. С пленкой доводилось работать? Разница есть?

– Конечно, я застал ту эпоху, когда «плёночный» означало «настоящий». И да, разница колоссальная. Плёнка — это дисциплина: 36 кадров, и каждый нужно продумать, потому что переснять нельзя. Ты не смотришь на экран, ты доверяешь себе и камере. Плюс сама текстура: зерно, глубина теней, мягкие переходы — цифра так не рисует, хотя современные фильтры пытаются имитировать. Но я не романтизирую: цифра дала свободу — можно экспериментировать, учиться быстрее, снимать в темноте. Для меня плёнка — это как винил: не удобнее, но душевнее. А мобильный — это вообще отдельный жанр: он хорош для репортажа «здесь и сейчас», но для художественной съёмки я всё же беру камеру.

– В дополнение к предыдущему вопросу. Если уж фото можно сделать с любого мобильного, то не умрёт ли профессия фотографа?

– Профессия не умрёт, она просто меняется. Мобильный сделал так, что «снять картинку» может каждый, но «создать образ» — нет. Фотограф сегодня — это не человек с камерой, а человек с идеей, светом и умением рассказать историю. Люди перестали платить за «щёлкнуть», они платят за вкус, за обработку, за атмосферу, за то, что они сами не видят. Плюс есть вещи, которые телефон не заменит: студийный свет, длинная выдержка, работа с оптикой, репортаж в сложных условиях. Так что нет, профессия не умрёт — умрёт тот, кто думает, что достаточно просто нажать кнопку. А настоящий фотограф всегда найдёт, чем удивить.